“Джек Пот” - это братья Артур, Александр и Артем Назаренко. Юристы, музыканты, молодые политики. Участвовали в городских выборах, были в центре январских «льготных бунтов» в Воронеже, а месяц назад вместе со своими друзьями основали воронежское отделение «Обороны». «Джек Пот», кстати, недавно презентовали и гимн нашего движения.

Позиционировать их в одном ракурсе невозможно. Свое кредо по жизни они определяют как уважение к другим и завоевание уважения к себе. В этом направлении и движутся. “Мы” от них можно услышать гораздо чаще, чем “я”.

“Прочувствовать каждым нервом”

- Парни, в группе есть разделение на ведущих и ведомых?

- Нет, все наши песни - продукт совместного творчества. По заказу мы их не пишем. Но потом кому-то из нас приходит в голову тема (неважно, текстовая, или музыкальная). Затем общими усилиями «шлифуется» текст, подбирается аранжировка. Разбирать, кто из нас внес больший вклад, никому не приходит в голову.

- Одна из ваших последних вещей “Демократии - да!” очень напоминает неформальный гимн украинской оранжевой революции “Разом нас багато”…

- Мы не скрываем того, что музыкальная канва очень похожа на группу “Гринджоли”. Текст чуть-чуть о другом. В конце концов, Киркоров перепел весь туркестан, а другим что, нельзя? А если серьезно, то Артур услышал “Разом нас багато” на Майдане Незалежности, в Киеве. Он был международным наблюдателем от России по линии ОБСЕ. Своими глазами видел, какой эмоциональный заряд сообщала эта песня несгибаемым украинским хлопцам. Привез запись. Мы решили доказать, что вопреки расхожей поговорке, снаряд может дважды упасть в одну воронку. Очень надеемся, что в России эта вещь в нашем варианте также подействует на сознание людей. Мы не хотим сказать, что у нас нет столь же эмоционально мощных песен. Просто они не раскручены.

- Они писались “в стол”?

- За время своего существования - с 1992 года мы записали два альбома. По ряду причин нас не устроило качество этого продукта. Например, на последнем альбоме мы постоянно конфликтовали с навязавшимся нам так называемым саунд-продюсером. Придуманные им аранжировки не отвечали нашим представлениям. Нам стыдно показывать “сырые” песни. Мы “пропустили” их через себя, прочувствовали их каждым нервом, а они не по нашей вине потеряли в качестве. Это очень обидно. В любом случае, мы не отказываемся от старого багажа. Когда пойдет настоящая “раскрутка”, записать эти песни так, как хочется нам, будет нетрудно.

- “Раскрутки” до сих пор нет. Вы не смогли заинтересовать влиятельных людей?

- Причина прозаична: отсутствие денег. Мы возили свои демонстрационные записи в Москву. Познакомились со многими известными продюсерами. Все говорили примерно одно и то же: ребята, это интересно, изюминка есть, но без финансовой поддержки вам мало что светит. Сами денег не предлагали. Кто-то именно в тот момент сделал серьезные вложения в очередной клон из серии “Фабрика звезд”, кто-то с какого-то перепугу капитально проинвестировал оперную певицу. В общем, наши песни - это наша головная боль. По крайней мере, до записи полноценного альбома. Тогда с заключением контрактов будет попроще. Песни зазвучат в радиоэфире, станет меньше проблем с концертами. Сейчас дело сдвинулось с “мертвой точки”. Мы накопили немного денег и в начале января на неделю засели в одной из воронежских студий, где записали три песни: “Демократии - да!”, “Исламский террор ” и “Пуля”.

“Любить и уходить к другой”

- Насколько важно при выступлении установить эмоциональный контакт с аудиторией?

- Без этого полноценный концерт невозможен. Выйти и бездушно отыграть намеченную программу, тем более - отыграть ее под ” фанеру”, по нашему глубокому убеждению значит обмануть зрителя. При таком отношении к себе ему проще послушать диск. Мы всегда стараемся найти общий язык с людьми, пришедшими на наш концерт. Максимум, что мы можем себе позволить - это инструментальная фонограмма “минусовка”. И то, только в том случае. если мы не смогли пригласить сессионных музыкантов. Голоса и гитара всегда звучат “вживую”. У нас было не так много выступлений, как нам хотелось бы. Но ни одно из них не похоже на другое. Концерт - как женщина. Они непредсказуемы, к ним неприменимы стереотипы. Тем они прекрасны и интересны. Наверное. в этом смысле был прав Александр Сргеевич Пушкин. Каждую свою женщину он любил пламенно, искренне, нежно, а потом уходил к другой.

- Не боитесь, что это прочитают ваши супруги?

- Артем холост и может говорить все, что захочет. Старшие, умудренные опытом и связанные семейными отношениями братья, считают немного по-другому.

- Как вы относитесь к утверждению “художник должен быть голодным”?

- Нам ближе другое: счастлив тот, кто зарабтывает на жизнь любимым делом и с которым рядом любимый человек, во всем ему доверяющий. Зарабатывать на музыке не очень-то получается. Да мы и не стремимся получить все сегодня и сразу. Мы - не конъюнктурщики. Наши песни можно найти в Интернете. Если понравится - скачать. Это ничего не стоит. Та же ситуация с дисками, на которых они записаны. Эти диски нельзя купить. Мы их раздаем друзьям и знакомым.

“Все называем своими именами”

- Проблемы СПИД, наркомании, войны, жесткие гитарные аранжировки нехарактерны для рэпа в его российском понимании…

- Мы очень сожалеем о том, что у нас это направление принято ассоциировать с Децлом и прочим припопсованным сбродом. Честное слово, мы в этом не виноваты. Изначально рэп был протестной музыкой. Для нас он и остается таковым. Мы считаем это самой доступной возможностью донести свои мысли до разных людей. Кто-то из них учится в институте, кто-то вкалывает на заводе, кто-то занимается спортом. Иных точек соприкосновения, кроме музыки у них наверное, немного. Другой важный момент. Через песни мы можем своими именами назвать все, что происходит в обществе, высказать свое отношение ко всем властителям, неясно по какой причине возомнившим себя богами, которым позволено абсолютно все. Пусть знают, что о них думают хотя бы некоторые из сограждан. Может быть, будут меньше расслабляться.

- “Исламский террор” написан по следам взрывов на Каширском шоссе и на улице Гурьянова?

- Не совсем. Первые два куплета мы сочинили в 1998 году. Третий действительно. придуман в августе 99-го. В это время мы были в Москве. Можно сказать, своими глазами видели, что испытали люди, пострадавшие от взрывов. Страшно даже смотреть. Что пережили уцелевшие люди, просто не укладывается в голове. А погибших увы, не вернешь. Тогда кто-то (кажется, он именовал себя Президентом) провозгласил борьбу с терроризмом “первоочередной задачей, требующей немедленного разрешения”. Его сменщик клятвенно заверял в том. что чуть ли не лично будет мочить боевиков в сортире. Если семь лет - это кратчайшие сроки, то мы наверное, чего-то недопонимаем в жизни. Нам говорят, что спецслужбы работают на износ. Верим. Но обыватели судят по конечному результату. А его нет до сих пор.

- “Золотой век” русского рока пришелся на конец 80-х, когда гонимые музыканты вышли из подполья. Борьба с коммунизмом успешно завершена и сегодня считается, что социальные мотивы неактуальны.

- По большому счету, почти ничего не поменялось. Многие проблемы только разрослись. При этом, большинство предпочитает не созидать, а развлекаться и с похмелья жаловаться на то, что жизнь не удалась. У людей возникает ощущение собственной ненужности и как следствие - безысходности. Но не сами ли они виноваты в том. что происходит? Простой пример. Идут двое взрослых мужиков, ругают власть, от которой не стало никакой жизни. Подбегает пацан: “дядь, дай сигаретку” - “на”. Дяди идут дальше, продолжая прерванный политический диспут. Здесь просятся два вывода. Простите, с чего пацан должен вырасти здоровым, если вокруг так много “добрых” взрослых? Не будем пророчить, что он станет наркоманом, или алкоголиком, но шансов на это немало. И второе: не вы ли, уважаемые выбрали ту власть, которую вы же и ругаете. Люди голосуют сами. автомат на них никто не наставляет. Следовательно, если на кого и нужно обижаться, то только на себя.

- Вы баллотировались в депутаты Воронежской областной и городской Думы. Основная “гражданская” работа - ведение бесплатных юридических консультаций в “Союзе льготников”. Кем вас считать: музыкантами, политиками, юристами?

- К приведенному списку добавим, что недавно Артем возглавил Воронежское молодежное отделение Всероссийской общественной организации “Оборона”.
Что касается того, кем нас считать, то еще недавно мы ответили бы - однозначно, музыкантами. Теперь мы уже не отделяем одного от другого, а другое от третьего. Все составляющие являются частью нашей гражданской позиции. Она проста: если хочешь изменить мир, начни с себя. Объясним. Мы уважаем людей, которые пекут для нас хлеб, которые везут нас в маршрутном такси и т.д. Взамен мы хотим заслужить уважение к себе. Именно поэтому мы баллотировались в депутаты. Баллотировались в порядке самовыдвижения, не опираясь на поддержку какой бы то ни было партии. Хотя возможностей для этого хватало. Нам действительно, не нравится многое из того, что происходит в стране. На каждый прием в “Союз льготников” приходит до 30 человек. В основном, это самые уязвимые воронежцы - пенсионеры и инвалиды. Они настолько привыкли к тому, что их обдирают на каждом углу, что им приходится долго объяснять: консультация действительно, бесплатная. По конкретным случаям им оказывается реальная помощь. Но ясно, что многие проблемы разрешаемы только на законодательном уровне. Мы очень хотели по мере сил облегчить жизнь простых людей. В этот раз чуть-чуть не получилось. Жаль. Но жизнь продолжается.

Геннадий Никитчанов

2005-05-27 11:48 | В России. Вы можете прокомментировать это сообщение.